1 мая, понедельник, 11:16
TV Радио в Сатке Гороскоп в Сатке Pacman в Сатке

Отрывок из книги Пороги

изображение

Пороги — памятник мирового значения.

  В августе 1993 года в Копенгагене комитет ЮНЕСКО по сохранению памятников истории и культуры проводил от­бор исторических достопримечательностей для придания им статуса памятника международного значения. 25 стран представили кандидатов в этот почетный список, в том числе и Россия — более десятка. Список памятников меж­дународного значения из российских пополнили только три. Среди них историко-природный комплекс «Пороги».
  В административном справочнике Челябинской области по­селок Пороги значится как селение третьего разряда — входит в Романовский сельсовет Саткинского района. Расположен он на левом берегу Большой Сатки в пяти-шести километрах выше впадения в Ай. Название поселок получил по двум порогам с водопадами до четырех метров, которые стояли здесь на пути реки. Пороги ныне на дне водохранилища ГЭС.
  Редкий случай, но человек здесь природу не обезобразил, а украсил своим творением. Урочище Пороги — один из живописнейших уголков края. Его украшение — пруд с искусственной «Ниагарой», фонтанами брызг, многоцветны­ми радугами в солнечные дни и клокочущей водной фее­рией. Береговая линия водоема изрезана причудливыми заливами и мысами. Объем пруда составляет 2,5 млн куб. м. Он расположен в каньонообразном ущелье глубиной до 300 м и сжат склонами двух хребтов — Чулкова и Уары. Склоны круты, каменисты, покрыты хвойным лесом. Настоящее Женевское озеро в миниатюре!
  Ниже плотины течение Сатки бурное, с крутыми слива­ми, перекатами — это сплошное нагромождение крупных валунов, между которыми, пенясь, бьют тугие потоки воды. Устье, наоборот, спокойное, скрыто в густых зарослях. Со­здается впечатление, что течения вовсе нет, а река — всего лишь длинная боковая протока или старица. Скалы мрамор­ные, подобные встречаются далеко не часто не только в нашей области, но и во всей стране. Мраморы самых нео­жиданных расцветок -— черные, коричневые, зеленоватые, синие, серые. В далеком японском городе Осака и на Все­мирной выставке ЭКСПО-7 0 саткинским мраморам дали высокую оценку специалисты и любители камня. Залежи мраморов в долине Сатки значительны. Они тянутся вдоль левобережья реки от Романовки до самого устья. Особенно заметны их скальные выходы ниже плотины возле Черто­вой, Калининской, Багатиной, Мышляновой ям (омутов).
  Интерес вызывает и Голая гора в километре от Порогов. Вершина ее покрыта лиственницами, а склоны обнажены, «облицованы» скалами и каменными россыпями. На Чулко- вой горе сохранились реликтовые ельники. Там же есть песчаниковые каменоломни, в которых в старину брали камень на изготовление мельничных жерновов.
  Пороги вписаны и в трудовую историю страны. Первен­цем ферросплавного дела в России официально считается Челябинский электрометаллургический комбинат. А ведь это не так.
  Обратимся к воспоминаниям человека, лучше которого биографию предприятия не знает никто. Герой Социалисти­ческого Труда, почетный гражданин Челябинска Владимир Николаевич Гусаров когда-то руководил сменной бригадой, выплавившей первые центнеры челябинского феррохрома, а потом долгие годы и всем комбинатом.
  «Было бы, однако, неправильным думать, — пишет он в своей книге «Чудесный сплав», — что отечественное фер­росплавное производство в ту пору совершенно отсутство­вало... Ферросилиций тогда выплавляли только на одном уральском заводе, который назывался «Пороги». И как не верить автору, если он сам лично, как и другие курсанты Челябинского ферросплавного, обретал практические навы­ки хитрого электроплавильного дела именно здесь.
  «Завода уже давно нет, он ликвидирован как нерента­бельный. Но мы, ветераны отечественной металлургии, ни­когда не забудем «Пороги», — так с сожалением и почтением заключает свои немногословные воспоминания об этом не­большом уральском заводе В. Н. Гусаров. А ведь почти забыли. Лишь в последние годы стараниями энтузиастов технического краеведения была восстановлена история пат­риарха ферросплавного дела в стране. Напомним ее кратко.
  В 1908 году «Уральское электрометаллургическое това­рищество графа А. А. Мордвинова, графини Е. А. Мордви­новой, барона Ф. Т. Роппа и А. Ф. Шуппе» приступило к строительству предприятия в урочище «Пороги» на реке Большой (Озерной) Сатке в 35 верстах от одноименного горнозаводского поселка. Производство планировалось электроплавильное, а потому Сатку перегородили плотиной, чтобы крутить лопасти турбины. И уже через два года энергия, выработанная ею, создала в местной электропечи адский жар, необходимый для выплавки ферросплавов.
  Не рисковали до того в России браться за такое дело, потому что было оно не то что таинственным, но и опасным. «Иностранная литература по этому вопросу весьма бедна, сбивчива и окружена тайной», — сетовал тогда Ропп. Об отечественной он умалчивает, поскольку ее просто не име­лось. Зато пестрели зарубежные газеты информацией о неприятностях, связанных с ферросплавами. То электро­печь взорвется, то при перевозке они вдруг начнут рваться...
  Из зачинателей опасного, но столь необходимого для могущества отечества дела графов Мордвиновых мы опу­стим. Они, похоже, лишь свои капиталы в него вложили. А вот на Роппа и Шуппе обратим внимание. Эти были мозгом «товарищества», его руками. Они первыми в России пошли неизведанными и столь рискованными путями освоения электровыплавления легирующих присадок. Безусловно, нерядовые металлурги, эти инженеры освоили на «Порогах» выплавку ферросилиция и феррохрома, ферровольфрама и ферромарганца, карбидов кремния и кальция. Их имена открывают список «порожской школы» отечественной элек­трометаллургии, которая имеет право на название, потому что стоит у ее истоков, занимая почетное место.
  В советское время А. Ф. Шуппе на Порогах сменил С. С. Штейнберг, впоследствии профессор и член-коррес­пондент АН СССР. Обкатывали здесь свои идеи по развитию электрометаллургии М. А. Иовневич и еще целый ряд видных советских электрометаллургов. Ну а потом подоспе­ли пятилетки индустриализации, на электроэнергии Челя­бинской ГРЭС поставили ферросплавный гигант. Пороги, став в пору его становления школой для челябинских фер­росплавщиков, постепенно ушли в тень, а затем и в забвение. Куда им до флагмана социалистической индустрии! В чем-в чем, а в неблагодарной памяти равных нам еще поискать. Увековечивать по заслугам нам как-то все недосуг.
  Слава богу, увековечивать Пороги не пришлось. Память- то хранят об ушедшем, а Пороги оказались живы. Вот уже более 80 лет трудится этот патриарх, правда, профессию сменил. Давным-давно переписан в огнеупорное ведомство, стал цехом Саткинского «Магнезита».
  Летом 1986 года любовались мы, оглушенные гулом рукотворного подопада, Порогами. Ах, как женственно изя­щен гордый изгиб порожской плотины! Как созвучен он гармонии окрестных гор и вод! Если искать идеал сотвор­чества человека и природы, плотина профессора Бахметь­ева, вписанная в порожское ущелье, достойна его.
  Тело плотины сработано из невидного работяги-бетона. Изящество ей, слитность с природой придает облицовка местным камнем, он же был использован и при постройке производственного корпуса. Весь завод да и электростанция впридачу разместились в нем. Здесь все компактно, разумно.
  Порожский заводской комплекс (пожалуй, единственный в области из служащих с дореволюционных пор) не искажен наслоениями реконструкций, перестроек. Это живой памят­ник горнозаводской старины.
  В. Н. Гусаров, постигавший на Порогах азы ферросплав­ного дела, оставил в своих воспоминаниях описание, как тогда, в двадцатые годы, считайте изначала, оно велось:
  «Электропечи обслуживали талантливые уральские умельцы. Они варили сплавы по наитию, «на глаз». Скалы­вали молотком... и определяли по свежему излому содержа­ние в сплаве силиция. Остывший сплав кувалдами разбива­ли на куски, упаковывали в бочки и вывозили на лошадях на станцию Бердяуш».

Тяжким трудом была тогда электрометаллургия. Все делалось вручную. Электроэнергия шла лишь на раскал электродов. С ним-то вот больше всего и маялись. Потому что мускульной силой, с помощью цепей и блоков приходи­лось их регулировать — то поднимать, то опускать. Тяжко, жарко!
  Ну, а что увидели мы? Конечно, механизмы труд пла­вильщиков облегчили. Поднять-опустить электрод — те­перь только кнопку нажми. Еще всякие приспособления. На выходе из цеха бульдозерок шлак, шихту грузит, перело­пачивает. А так-то все как в гусаровские, шуппе-ропповские времена. Дела давно минувших дней в яви.
  Машинный зал гидростанции совсем невелик. Молотя­щий по ушам гул плотинного водопада отгорожен камнем стен. Здесь лишь ненавязчивое напоминание о таинстве рождения электричества в генераторах. Их три: два были на ходу, один — в ремонте. Сонно пошумывал один из старичков. Судя по табличке на кожухе, ему за восемьдесят. А родина? Разберитесь сами. Я переписал паспортные дан­ные. Вот они нашими буквами с латыни: «Бригель, Хансен и К0. Гота. 1909. 550 кВт». В живом тепле старенькой машины по-домашнему раскинулась в безмятежном сне кошка. Со­всем как на печке. Такой вот машинно-домашний уют.
  Конечно, механизация не обошла Пороги. А вот плод трудов своих — огромный «каравай», спеченный в электро­печи, остывший до темных цветов, но еще пышущий жаром, рабочие разбивали кувалдой, и сортировали, качество опре­деляли на глазок, как их прадеды... Черно-коричневую, в блестящих кристаллах корку сшибали. Это в отвал, потому что шлак. На изломе видно — каравай весь из кристаллов, темные они только в корке, а внутри светлые. Особенно красивы именно внутри — длинные, соломкой, один к одному, с просветом, зеленоватые. С чем же сравнить? Из минералов напоминают флюорит. Лед такой бывает весной на прудах и озерах. Этот вот «лед» и есть самое ценное в каравае.
  Слышали ли вы что-нибудь о периклазе? Ребята, стояв­шие на смене, объяснили нам все довольно-таки вразуми­тельно. Если огнеупоры из магнезита принять за рядовые, то периклаз — высшего качества. Он еще более стоек при высоких температурах, а потому идет на изготовление вста­вок в самые ответственные места плавильных печей. И плавится периклаз не из магнезита, а иного минерала — брусита, который привозят на Пороги аж из Приморья.
  Ребята (молодые они все, послеармейские) обяснили, как здесь налажено дело. В смену их на заводе пятеро. На электропечи, турбине и бульдозере. Работают по модному нынче вахтовому методу. У них, точно у нефтяников, неделя — вахта, две — отдых, в Сатке, все они тамошние, город­ские, здесь не житье.
  Жаль, ох как жаль было Пороги! Как всякое умирающее селение. Ну как же это так у нас: не батыевы орды, не гитлеровские полщица, сами мы стираем с лица земли гнездовья наших предков. Сколько их на наших равнодуш­ных глазах ушло под слом, под воду, в тлен? Сколько досточтимого в памяти нашей поросло быльем? Вот и Пороги оказались на отшибе большой жизни и не нужны. Болтается на ветрах времени бревенчатая их одежда, все более про­сторная, как на человеке, знавшем лучшие времена. Год от года все больше на ней заплат — заколоченных окон. Конец один — смолкнет завод, машины съест Вторчермет, рухнет крыша. Опадет и пруд без подпруды обветшалой плотиной. И бурьян, тлен, тишь. Лишь каменные руины будут ввергать захожих в это ущелье в недоумение. Кто здесь строил? Зачем?
  Но нет, выжили Пороги. Совсем недавно смотрели о них телефильм, отснятый в Копенгаген, на представление в мировые значимости... Ну до чего ж хороши! Плотина по- прежнему водопадится Ниагарой. Блестит в трудах стари­чок «Хансен. Гота». А за стеной в жару электросплава знакомые парни кувалдами доводят свой периклаз до ума.
  Электрометаллургический завод в Порогах был построен по последнему слову техники своего времени, в основном на заграничном оборудовании, которое действует до сих пор. Такое не увидишь ни на одном другом старом заводе обла­сти. Вся старина на них порушена, лишь кое-где стоят еще старинные корпуса, но основательно переделанные, произ­водство же переиначено давным-давно. Пороги же прежние и делают на том же оборудовании то же, что при пуске в начале века. Не только в области, пожалуй, нигде по всей стране не найдешь завода с таким непрерывным и долгим стажем. По заслугам он занесен в сокровищницу мировой технической культуры.
  Порожские гидротурбины немецкой фирмы «Бригель, Хансен и К0» изготовлены в городе Готе (значит, Бог) в 1909 году. Генератор третьей турбины собран швейцарцами фир­мы «Браун, Бовери и К ». Мостовой кран привезен из английского города Бирмингема. Отсюда же дробилка и подъемные механизмы на плотине. Электроплавка ведется в дуговых печах «Эру» из Франции. Так что вся передовая индустрия Европы начала века представлена на наших Порогах.
  Из порожских строений памятником индустриального зодчества является заводской корпус, объединивший под одной крышей электростанцию, плавильный цех и другие производственные участки. Здание сложено из кирпича и дикого камня, окна высокие с полукруглым завершением. Одна из стен выступает из воды.
  Попутно скажем, и в Сатке заводская старина сохрани­лась лучше, чем в иных местах. Только здесь сохранился в целости горнозаводской комплекс, типичный для всего Ура­ла, конечно, и его коснулись в нашем веке переделки, но он не нарушен. Пруд, плотина, ниже ее по реке металлургиче­ский завод. На предзаводской площади казенные здания и церковь. Сохранились и варят чугун домны, поставленные век назад. Пожалуй, это единственные не только в стране, но и в мире, работавшие на древесном угле. Лишь в послед­ние пятилетки саткинские домны перевели на кокс. Восста­новить былую технологию несложно, были бы возможность и желание. Чугун, выплавленный на древесном угле, обла­дает особыми свойствами, достичь которых при использова­нии кокса невозможно.
  Помимо домен сохранились на заводе корпуса электро­станции, механического, кузнечного и модельного цехов, водоотводный канал, по уральской традиции выложенный настилом из вековечных и в воде лиственничных плат, обитых железным листом, что само по себе удивительно — в воде ведь, а ржа не съела. Из ныне действующего старин­ного оборудования видим воздуходувочную машину ориги­нальной конструкции, изготовленную в прошлом веке фир­мой «Аллис» в Чикаго. Так же более века и воздухоочистке.
  Комплекс «Пороги» и Саткинский доменный передел являются головными объектами федеральной программы «Индустриальное наследие Урала» в области. Создана ассо­циация «Пороги», которая ставит своей задачей вернуть молодость старинному производству, за век заводской службы оно обветшало. Если не отремонтировать должным образом плотину, то она может не выдержать напора павод­ковых вод, а гибель ее — это гибель всего комплекса.
  Пороги предполагается превратить в действующий за­вод-музей и туристский центр, один из узловых на Желез­ном кольце России, так будет именоваться туристский мар­шрут по горнозаводскому Уралу. В Пороги будет проложена дорога. Завод обновлен и станет принимать туристов. Кста­ти, периклаз очень декоративен и вполне пойдет на сувени­ры. Поселок оживет и обустроится в уральском облике. Турбаза разместится в бревенчатых избах. Бани на берегу пруда (и по-белому, и по-черному, обязательно с парилкой, березовым и пихтовым веником). Отдыхать в саткинской округе будет полезно, интересно и познавательно. Отдых на свежем воздухе у воды среди лесов, гор — что может быть лучше! Познавательные поездки в Сатку, на Бакальские рудники, на Зюраткуль, сплав по Аю, визиты в подземные чертоги. Конечно, желающих побывать в Порогах будет немало.

В. Чернецов, А. Моисеев

 

Поделиться:


Добавить комментарий:
Имя:
E-mail:
Комментарий:
*1* *2* *3* *4* *5* *6* *7* *8* *9* *10* *11* *12* *13* *14* *15* *16* *17* *18* *19* *20* *21* *22* *23* *24* *25* *26* *27* *28* *29* *30* *31* *32* *33* *34* *35* *36* *37* *38* *39* *40* *41* *42* *43* *44* *45* *46* *47* *48* *49* *50*


Запрещены комментарии, содержащие нецензурные выражения и противоречащие законодательству РФ. Редакция сайта за размещенные личные мнения, сообщения, опубликованные частными лицами, ответственности не несет.
 
 

Мы в социальных сетях! Давай дружить =)
 

Ошибка в тексте? Выдели её мышкой и нажми: Ctrl+Enter